<<назад |
к сайту |
вперед>>

2.3.8. Провоцирующие действия

 

 

Любое осмысленное действие имеет результат. Результат имеют и несознательные действия (спать → выспаться, отдохнуть). Если мы определяем экспансивное действие как осознанное и активное, как мотивированное и целенаправленное, то оно тем более результативно. И в семантике глагола сопряжение действия и результата является скорее правилом, чем исключением. Это предопределено онтологическим единством действия и результата, процесса и последствий. Вопрос лишь в том, эксплицитно выражен результат или перенесен в сферу тезауруса, а если эксплицитно, то какой именно результат - ближайший или дальнейший? И в чем разница между ближайшим и дальнейшим результатами.

Очевидно, что реальный результат действия можно свести к разным семантическим результатам. Например, для действия <Х выстрелил, пуля прошла насквозь через руку У-а> возможны следующие интерпретации результата:

          1. С точки зрения образа действия: прострелить У-у руку.

          2. С точки зрения деформации: ранить в руку.

          3. С точки зрения перспективы: вывести из строя/повредить; ослабить.

          4. С точки зрения каузации других состояний: вызвать кровотечение; причинить боль и т. д.

Ближайшим семантическим результатом мы назовем тот результат, который проистекает непосредственно из образа действия, или стрелять → прострелить.

Дальнейшим будем считать тот результат, который устанавливается не по действию Х-а, а по деформирующим признакам действия ранить → У (ранен) либо по каузирующим признакам действия (вызвать..., причинить...). Отдаленным является тот результат, который определяется на основании специальных критериев оценки как действия Х-а, так и дальнейшего результата: вывести из строя, ослабить.

Мы предполагаем, что семантические признаки провоцирующих действий проявляют только глаголы, фиксирующие в своей семантике дальнейший результат, т.е. это либо каузальные глаголы, либо глаголы, трансформирующие идею каузации в признак действия Х-а (подстрекнуть, подтолкнуть, подговорить, наустить и др.).

Специфика этого фрагмента тезауруса состоит в следующем.

Существуют действия, которые предопределяют другие действия [см.: Щеглов, 1964].  У оказывается  в  слабой  позиции,  потому  что в  своих  поступках он вынужден следовать избранной Х-ом стратегии. У поставлен "перед фактом": он входит в противоречие либо с общепринятой нормой, либо со своими интересами. Существуют также действия, которые предопределяют состояния У-а. Эти состояния сводятся к некоторой чувственной константе (гнев, страх, боль, беспокойство, усталость). Если их первоисточником является Х, то его действия имеют провоцирующий характер.

Такова схема. Переход от схемы к языку связан с дифференциацией описывающих предикатов и импликациями значений. Основное различие между именами провоцирующих действий состоит в отношении к идее причинности и идее следственности.

 

Предикаты, обозначающие причинность. В первую очередь мы обязаны отличить каузуальные предикаты (причинить, вызвать, обусловить, породить, к ним также примыкают предикаты, перифразирующие каузальность, типа внести, ввести, привести, делать так, чтобы..., делать (каким) и т.д.). Каузальные предикаты содержат правую интенцию следствия и левую интенцию причины. Поэтому их применение исчерпывается указанием на однонаправленную связь двух событий. В этой своей функции они нейтральны по отношению к схеме экспансивного действия. Их несамостоятельное употребление, однако, приводит к тому, что в правой интенции всегда попадает дальнейший (по определению) результат. что позволяет им в определенных условиях служить средствами перифразирования предикатов, обозначающих следственность, ср.: мучить - причинять муки, страдания/делать так, что бы У мучился.

Вторая группа предикатов, обозначающих причинность, характеризуется поглощением каузального признака, или трансформацией идеи каузации в признак действия Х-а. Это следующие разновидности действий:

         а) подталкивающие У-а сделать что-нибудь, обслуживаемые глаголами подстрекать, интриговать, искушать, настроить, настропалить, натолкнуть/подтолкнуть, натравить, наушать, нашептать, подбить (- подстрекнуть), подучить и т.д.;

          б) вводящие У-а помимо его воли в некоторый процесс, конфликт: см. глаголы ввергнуть, ввязать, вмешать, вовлечь, втравить, втянуть, впутать, приплести (= впутать) и т.д.;

          в) ставящие У-а перед необходимостью сделать что-нибудь в угоду Х-у: глаголы вынуждать/принуждать, заставлять, шантажировать, нажать (перен.), вымогать, склонить (к чему-нибудь), требовать и т.д.;

          г) создающие в сфере У-а состояния нестабильности, брожения: бунтовать народ, мутить, подогреть страсти и т.д.

 

Предикаты, обозначающие следственность. Для этой группы предикатов характерна импликация причины и семантика каузированного результата. Семантику этих глаголов удается "расплести" влево лишь до определенных пределов, ср.:

 

ужаснуть

- привести в ужас

У (ужаснуться)

страшить

-  вызывать страх

У (бояться)

опротиветь

- стать противным

У (недоволен)

Х (бесить)

-

У (взбеситься)

мучить

- причинять муки, страдания

У (мучиться)

 

В качестве исходного слова-понятия для образования предикатов, обозначающих следственность, не может служить имя образа действия в прямом значении. Исключения составляют синтагматически обусловленные значения типа мозолить кому-нибудь глаза - надоедать своим зримым присутствием, прожужжать кому-нибудь уши - дразнить, докучать разговорами на одну и ту же тему, а также аналогические номинации типа донять, допечь, достать, используемые в разговорной речи.

Предикаты, обозначающие следственность, делятся на две группы.

 

1.     Трансформирующие идею результата в негативный признак действия, обращенного к Х-у:

      а) кумулирующие неприятие, неприязнь: опротиветь, надоесть, очертенеть, опостылеть, прискучить, обрыднуть, осточертеть, разочаровать и т.д., ср.:

        (Х) опротиветь (У) - У недоволен Х-ом / Х неприятен У - у

      б) кумулирующие всплеск отрицательных эмоций: гневить, взбесить, взбеленить, горячить, нервировать, сердить и т.д.

 

2.     Трансформирующие идею результата в признак психической компрессии У-а, см. имена:

      а) действий устрашения: пугать, страшить, стращать (и производные от этих глаголов);

      б) действий доведения У-а до какого-то предела психических возможностей: измаять, мучить, терзать, удручить, травмировать, мытарить, обескуражить, томить и т.д.;

      в) действий, приводящих в состояние замешательства, беспокойства: беспокоить, смутить, конфузить, расстроить, тревожить, волновать и т.д.

 

<<назад |
к сайту |
вперед>>

 

 

??????.??????? "Anivas"© 2010 www.sedword.com