<<назад |
к сайту |
вперед>>


ГЛАВА  I

КОММУНИКАТИВНЫЕ АСПЕКТЫ НОМИНАЦИИ.

ИМПЛИЦИТНАЯ НОМИНАЦИЯ

 

Функциональный подход к языку имеет главной целью показать, что язык действует как высокоорганизованный эффективный механизм, расположенный между говорящим и слушающим, индивидом и обществом, прошлым и "предстоящим" опытом и имеющий своим основанием ситуацию общения, в которой он проявляется как речь (речевые акты или письменные тексты). Интересуясь в принципе всем тем, что предшествует, сопутствует и вытекает из речеупотребления языка, лингвисты неоднократно отмечали, что универсальный для языка принцип избирательности наименования (отношение между некоторым фактом А и именем В всегда обусловлено противопоставлением "существенное - несущественное") по сути является частью эффективно работающего механизма общения. Подбор речевых средств из языкового массива осуществляется не только по эксплицитным правилам, схемам. Он сочетает также знание "теневых", скрытых категорий [Кацнельсон, 1972], использование потенциальной информативности означающих [Гальперин, 1976], вертикального контекста [Ахманова-Гюббенет, 1977], подтекста [Димитрова, 1984], вторичной номинации [Гак, 1977], некатегориальных значений [Бондарко, 1976], имплицитное формальное обозначение [Hausenblas, 1972] и др.

Невозможно установить, кто, когда и в каком терминологическом значении (и в терминологическом ли?) впервые ввел понятие имплицитности в исследование языка. Трудно восстановить даже логическую "канву" этого процесса. Терминологизация латинского implico - 'тесно связываю', implicite - 'включенный во что-нибудь, подразумеваемый', (ср. франц. implicite - 'подразумеваемый, неявный', impliquer - 'впутывать, вовлекать, содержать в себе, заключать'; англ. implicit, to impliсаtе - в схожих значениях), по-видимому, идет за счет усиления оппозитивного компонента по отношению к слову эксплицитный (ср. франц. ехрІісіtе - 'ясный, определенно выраженный, явный, недвусмысленный' и т.д.). В дальнейшем, в том числе и в славянском языкознании, происходит специализация значений для выражения определенного аспекта описания реального или приписываемого единицам языка содержания.

В лингвистическое описание включаются и производные термины, из логики переносятся понятия "импликация", "имплицитная посылка" и др., вовлекаются также эквиваленты из родного языка исследователя (см. выше). Условно вершиной этого процесса можно считать распространение абстрактных характеристик "имплицитность", "эксплицитность", т.е. тот качественный сдвиг, который требует четкого определения объема и содержания соответствующих понятии, соотнесения их с понятиями выражения, формы, функции знака и т.д.

Однако параллельно с этим, а то и раньше, в обиход входили термины подтекст, пресуппозиция, фоновые знания (тезаурус), глубинное значение, иллокутивная сила высказывания, прагматический компонент высказывания и т.д., которые у различных авторов либо близки понятию имплицитного, либо замещают (включают) его; в результате к существующей пестроте синонимов исходных слов ныне можно прибавить целый букет терминов и частных терминосистем. Нельзя не обратить внимания и на соотносимость таких понятии, как "экономный", "эллиптический", "имплицитный" (см. также образующие синонимический ряд термины компрессия, конденсация, редукция, включение и др.).

Понятие имплицитности с основанием можно отнести к тем понятиям, "которые при их широкой распространенности и даже банальности остаются расплывчатыми по объему и нечеткими по содержанию, хотя сама сущность, отображаемая в этом понятии, играет далеко не второстепенную роль в организации сообщения" [Телия, 1986, с.5]. Тем более дискуссионными были бы на этом фоне попытки сопоставительных характеристик языков с точки зрения имплицирующих свойств типов и видов номинации. Традиционным объектом компаративистики являются, если не эксплицитные структуры, то эксплицитные компоненты этих структур и прежде всего формальный аспект организации этих структур. Этому есть простое "семантическое" объяснение: если под имплицитностью понимать невыраженность какого-нибудь значения (смысла) и лишь его подразумевание, пресуппозирование, то как можно сопоставлять подразумевающиеся вещи? Возникает размытая ситуация, поскольку нет лимитирующего основания сравнения. Возможность или невозможность такого подхода (и в немалой степени - продуктивность исследований) зависят прежде всего от теоретических предпосылок изучения имплицитного, чем и объясняется расширенный объем теоретической части настоящей работы.

Проблему можно сформулировать в следующих пунктах:

 

1.     Имплицитность и дихотомия языка - речи (сферы анализа).

2.     Семиотические основания имплицирования (форма и выражение).

3.     Экстралингвальные условия "прочтения" имплицитного (прагматический аспект).

4.     Сопоставление имплицитных структур в языках (теория метода).

 

Очевидно, это не исчерпывающая постановка проблемы, и интерпретация, представленная ниже, имеет аргументативный характер применительно ко второй, эмпирической части нашего исследования. Поэтому у нас нет оснований претендовать на изложение общей теории имплицитности. Нет также полной уверенности в том, что поставленные вопросы следует излагать именно в таком порядке, тем более в том, что между любыми двумя из них существуют жесткие границы. И все же имеет смысл попытка рассмотрения этого комплекса вопросов так, как следует ниже.

 

<<назад |
к сайту |
вперед>>

 

 

 

??????.??????? "Anivas"© 2010 www.sedword.com